Не все дороги ведут в Россию

Не все дороги ведут в Россию

22 января 2021
Автор: Кертту Матинпуро

Я пишу этот текст из своего нового дома в городе Йоенсуу и пью кофе из чашки, изготовленной на заводе «ЛФЗ». Я купила её на блошином рынке «Юнона» в Петербурге, и мой новый сосед по квартире сказал, что у него такие чашки с блюдцами и золотистой каймой ассоциируются с бабушками. А мне они напоминают о России с её контрастами — о бабушках, которые под осенним дождём на рынке «Юнона» продают свои золотистые чашки.

Я прожила в России довольно важную часть своей жизни. Я переехала туда, когда мне было всего 19 лет, и те почти восемь лет, которые я прожила в России, включали много разных периодов и ситуаций, но, конечно, прежде всего это была обычная жизнь: ходила на свадьбы и похороны, присматривала за детьми и ухаживала за пожилым знакомым. Сейчас может создаться впечатление, будто я всё время намеренно шла именно по направлению к той точке в моей жизни, в которой я сейчас нахожусь. Но в действительности то, что Россия вдруг стала для меня домом, — это результат многих неожиданных поворотов и случайностей. Не все дороги ведут в Россию, так почему же я оказалась на той, которая всё-таки туда ведёт?

Всё началось с языка. Я начала изучать русский в школе уже в третьем классе, потому что случайно жила с родителями рядом со специальной языковой школой, в которой у учеников была возможность изучать языки уже с ранних классов. В третьем классе школьники могли сами решить, какой язык они хотят начать изучать — выбор был между немецким, французским и русским. Мои родители удивились, когда я в девять лет сказала, что выберу русский, потому что говорят, он самый сложный. Хорошая ведь причина!

После этого всё шло, как у всех: ходила на все занятия по расписанию. Как я и думала, русский язык оказался для меня сложным, но, так как я уже громко объявила всем, что он классный, именно по этой причине мне пришлось принять всё как есть. За первый импульс в сторону России я очень благодарна своим школьным преподавателям, которые стали для меня первыми людьми, олицетворяющими русский язык, и которые дали понять, что за языком открывается что-то ещё более интересное — целый мир.

В возрасте 16-ти лет я, наверное, в каком-то смысле уже поняла для себя, что знание русского могло бы стать моим козырем в будущем, хотя к тому времени этот «козырь» казался довольно слабым: с его помощью я от силы умела заказать в кафе булочку. Но всё же возможность продолжать изучение русского стала для меня одним из критериев при выборе подходящего лицея. 

Уроки русского в лицее были, честно говоря, угнетающими, потому что в одной группе сидели и финны, изучающие русский как иностранный, и ученики, для которых русский был родным языком. Представляю, что и для преподавателей ситуация была непростая: часть студентов говорила по-русски лучше них, а часть с трудом понимала, о чём речь. Я относилась ко второй группе, но я всё равно не теряла надежду. Во мне появилось желание бороться, ведь к тому моменту я уже потратила очень много времени на занятия русским, и мне казалось несправедливым, что весь этот труд был напрасным и я никогда не выучу язык хотя бы на базовом уровне.

Моё первое самостоятельное соприкосновение с Россией случилось во время обучения в лицее, когда мы с подругой сами организовали себе школьный обмен в Россию. В этот момент жизни меня стал больше интересовать окружающий мир, чем занятия в лицее, и мы искали варианты отправиться куда-нибудь из Финляндии, которая тогда казалась скучнейшим местом на Земле. У матери моей подруги были связи в России, и она устроила нас на несколько месяцев в знакомую семью, которая жила в посёлке Невская Дубровка недалеко от Петербурга. Мы ходили на занятия в местную школу и удалённо выполняли задания для финского лицея. Под предлогом «учиться языку» нам удалось выбраться из Финляндии в мир.

Эти несколько месяцев в российском посёлке произвели на меня неизгладимое впечатление. В мои 17 лет в эти три месяца уместилось очень многое — влюблённости, неожиданные события и смелые поступки. Я думаю, что Россия произвела на меня впечатление тогда именно потому, что я была примерной столичной девочкой и никогда в жизни не видела такого, что испытала в этом месте: жизнь молодого поколения там казалось нам чем-то невероятно классным и волнующим — настоящим. Мы тусовались в полуразваленном доме и пили сладкое шампанское, зависали большой компанией около школьного баскетбольного поля, сидели на задних сидениях автомобилей, которыми управляли наши ровесники (читай: тоже несовершеннолетние), и сбегали ночью на прогулки с местными парнями. Мы жили в чудесной семье, толстели от русской домашней еды, ходили в местную школу и одновременно незаметно для нас были погружены в русскоязычную среду. Наше пребывание в Невской Дубровке стало особенным и потому, что мы сразу стали самыми популярными и необычными девчонками в посёлке — из далёкой Финляндии!

Моя младшая сестра и мама (фотографирует) в гостях в Невской Дубровке (фото: Санни Сеппо, 2009)
Моя младшая сестра и мама (фотографирует) в гостях в Невской Дубровке (фото: Санни Сеппо, 2009)
Моя младшая сестра и мама (фотографирует) в гостях в Невской Дубровке. Учим сестру есть семечки (фото: Санни Сеппо, 2009)
Моя младшая сестра и мама (фотографирует) в гостях в Невской Дубровке. Учим сестру есть семечки (фото: Санни Сеппо, 2009)
Первое соприкосновение с Россией, Невская Дубровка (фото: Санни Сеппо, 2009)
Первое соприкосновение с Россией, Невская Дубровка (фото: Санни Сеппо, 2009)

Конечно, тогда мы не думали о том, чтобы улучшить свой русский, хотя, наверно, он и улучшился, поскольку он был единственным языком, на котором мы могли общаться с окружающими нас людьми. Тогда я впервые своими глазами увидела тот контраст, который часто присутствует в России: некоторые наши одноклассники жили в старых, холодных, но для нас романтических и красивых деревянных домах в несколько этажей, а некоторые — за высоким кирпичным забором в дорогих частных домах. Но всё равно мы все вместе тусовались на баскетбольном поле. Это всё казалось мне каким-то суровым и настоящим, интригующим во всей своей несправедливости.

Это первое соприкосновение с Россией и последующие поездки в Невскую Дубровку сильно врезались мне в память, и когда я заканчивала лицей и желание покорить мир только усилились, Россия стала для меня хорошим вариантом. Я подала заявку на обучение в России через программу сотрудничества между финским и российским министерствами образования, которая обеспечила бесплатное образование и стипендию в размере нескольких сотен рублей в месяц. Мне кажется, что все пятеро желающих из Финляндии попали в эту программу. Среди финских студентов не было огромного желания поехать учиться в Россию, особенно если учесть, что обучение проходило полностью на русском языке. Надо ещё отметить, что и для меня это решение не было каким-то очень обдуманным: я нашла информацию об этой программе обмена за неделю до окончания срока подачи документов, и мне повезло, что я успела за это время собрать все нужные бумаги, от свидетельства о рождении до справки об отсутствии ВИЧ.

Моё обучение в Петербурге началось с так называемого подготовительного факультета, целью которого было подготовить иностранных студентов для будущего обучения в российском университете на русском языке. Нам, финским студентам, пообещали, что нас уже ждут места в СПбГУ на выбранных нами факультетах, нужно только пройти обучение на подготовительном факультете. Но вышло не совсем так.

После окончания подфака и перед началом первого курса, когда я проводила последние недели моих летних каникул в Финляндии, мне неожиданно позвонили из России. Я, конечно, далеко не всё из того, что мне сказали по-русски, поняла, но главное уловила: оказалось, что бумаги нескольких финских студентов, включая меня, потерялись и свободных мест в СПбГУ уже нет, поэтому нас ждут в Москве, в московском университете. И теперь мне решать, хочу ли я переехать в Москву и продолжить учёбу там или вернуться в Финляндию, но, желательно дать ответ прямо сейчас. Я решила попробовать поехать в Москву. За две недели до предполагаемого начала обучения в Петербурге мы переехали в Москву, в пока совсем незнакомый для нас город. Купленный мною недавно велосипед не поместился в плацкарт со всем нашим багажом, поэтому перед отъездом я отдала его барменше из бара, который находился рядом.

Я помню первое впечатление о Москве. Был, скорее всего, поздний вечер (по крайней мере, он бы лучше подошёл для этой истории), и мы взяли дорогущее такси с ж/д вокзала до нашего общежития. По дороге я не видела ничего, потому что машина была настолько забита чемоданами, что сидеть мне пришлось кое-как скрючившись на коленках у моей подруги. Когда мы в итоге доехали до нужного адреса, там нас ждал шокирующий пейзаж: посреди темноты высились огромные серые многоэтажки. Это была не та воображаемая нами золочёная столица, а настоящая Москва.

Вид из окна моего общежития в Москве (фото: Кертту Матинпуро, 2014)
Вид из окна моего общежития в Москве (фото: Кертту Матинпуро, 2014)
Учёба в университете проходила полностью на русском языке, и особенно в первые годы это было очень непросто (фото: Александр Колганов, 2016)
Учёба в университете проходила полностью на русском языке, и особенно в первые годы это было очень непросто (фото: Александр Колганов, 2016)

Несмотря на первый шок Москва потихоньку покорила моё сердце, и в итоге я осталась там. Сначала закончила факультет журналистики, а потом поступила учиться на режиссёра документального кино в Школу Марины Разбежкиной (за что благодарю фонд Cultura, который сделал это финансово возможным). Это было очень хорошее время!

Надо сказать, что несмотря на то, что моё отношение с Россией становилось всё время более близким, особенно в первые годы учёбы были и такие моменты, когда я была готова уехать обратно в Финляндию на следующем поезде и сдаться. Но я безумно благодарна друзьям и знакомым, которые в такие моменты уговаривали меня остаться ещё. А уже позднее, когда я совсем привыкла жить в России, мне казалось: сложнее переехать в Финляндию, чем остаться в России. Жизнь в России заставляла меня смело идти навстречу неизвестному, и это всегда того стоило.

В Москве лучше кататься на велосипеде ночью, когда трафика меньше (фото: Александр Колганов, 2016)
В Москве лучше кататься на велосипеде ночью, когда трафика меньше (фото: Александр Колганов, 2016)
Потихоньку я вошла в ритм Москвы (фото: Санни Сеппо, 2013)
Потихоньку я вошла в ритм Москвы (фото: Санни Сеппо, 2013)
В России меня всегда интересовали контрасты (фото: Aлександр Колганов, 2016)
В России меня всегда интересовали контрасты (фото: Aлександр Колганов, 2016)
Под утро после ночной велопрогулки (фото: Aлександр Колганов, 2016)
Под утро после ночной велопрогулки (фото: Aлександр Колганов, 2016)

После окончания учёбы в Москве я почувствовала, что ещё не готова вернуться в Финляндию, и, к счастью, нашла возможность пройти практику в Институте Финляндии в Санкт-Петербурге. Я снова переехала в Петербург, и после практики у меня появилась возможность остаться работать в Институте. Институт был для меня первым настоящим рабочим коллективом, который позже стал важной частью моей истории взаимоотношений с Россией.

Во время работы в Институте мне удалось полностью погрузиться в мир финско-российского культурного сотрудничества и познакомиться со многими интересными людьми и проектами по обе стороны границы. Институт Финляндии — это своего рода «муравейник» финско-российского культурного обмена, в котором работа происходит в разных областях и на разных уровнях. За три года работы в Институте я убедилась в том, насколько значим культурный обмен между странами и насколько важную работу выполняет сеть Институтов Финляндии в мире. Я верю в то, что культурное сотрудничество между Россией и Финляндией — одна из ключевых составляющих хороших отношений между двумя государствами. Когда люди, будь они частью аудитории или представителями профессионального мира, встречаются и делятся опытом, несмотря на государственные границы, которые их разделяют, наши взгляды становятся шире и иногда рождается что-то новое. Чтобы такие встречи случались или становились возможными, нужно много разного рода каналов — от представительств министерства иностранных дел и культурных институтов до независимых коллективов и отдельных людей, которые являются своего рода мостами между двумя культурами.

Несмотря на то что я переезжаю сейчас в Финляндию и оставляю работу в Институте, я не собираюсь останавливать работу над культурными проектами между Россией и Финляндией и буду продолжать её по другую сторону границы. И как только будет снова возможно путешествовать в Петербург, одним из адресов в моём списке посещения всегда будет Большая Конюшенная, 8.

Конечно, я уже скучаю по России, по друзьям, улицам, музеям. Я люблю ту богатую, многообразную и иногда в чём-то грубую жизнь, которая присутствует в пейзаже Петербурга и Москвы: самые разные люди и ситуации мелькают перед глазами каждый день. С другой стороны, я думаю, что после жизни в большом городе я могу по-настоящему насладиться прелестью жизни в Финляндии — близостью к природе, спокойным жизненным ритмом и библиотеками. Я думаю, что должно пройти ещё немного времени для того, чтобы я лучше поняла, какой след во мне оставила Россия, но могу уже сейчас с уверенностью сказать, что он неизгладимый. И никогда не знаешь, когда дорога снова поведёт через границу.

Заглавное фото: Александр Колганов

Россия

Санкт-Петербург,
Большая Конюшенная ул. 8
info@instfin.ru

Часы работы офиса:
Пн.-чт.: 10:00-18.00
Пт.: 10:00-16:00

Телефон: +7 (812) 606-65-65
Факс: +7 (812) 606-63-70

 
SUOMI
 
PL 313, 53501 Lappeenranta 

Подписаться на рассылку